Соседова Лариса Михайловна – доктор медицинских наук, профессор, заведующая лабораторией биомоделирования и трансляционной медицины.
665827, Иркутская область, Ангарск, микрорайон 12а, д. 3
Larisa M. Sosedova –Dr. Sc (Med), professor, head of the laboratory of biomodelling and translational medicine.
12a Microdistrict, 3, Irkutsk Region, Angarsk 665827
Вокина Вера Александровна – кандидат биологических наук, старший научный сотрудник лаборатории биомоделирования и трансляционной медицины.
665827, Иркутская область, Ангарск, микрорайон 12а, д. 3
Vera A. Vokina – Cand. Sc. (Biol.), senior researcher at the laboratory of biomodelling and translational medicine.
12a Microdistrict, 3, Irkutsk Region, Angarsk 665827
Новиков Михаил Александрович – кандидат биологических наук, старший научный сотрудник лаборатории биомоделирования и трансляционной медицины.
665827, Иркутская область, Ангарск, микрорайон 12а, д. 3
Mikhail A. Novikov – Cand. Sc. (Biol.), senior research officer at the Laboratory of Biomodeling and Translational Medicine.
12a Microdistrict, 3, Irkutsk Region, Angarsk 665827
Титов Евгений Алексеевич – кандидат биологических наук, старший научный сотрудник лаборатории биомоделирования и трансляционной медицины.
665827, Иркутская область, Ангарск, микрорайон 12а, д. 3
Evgeny A. Titov – Cand. Sc. (Biol.), senior research officer at the Laboratory of Biomodeling and Translational Medicine.
12a Microdistrict, 3, Irkutsk Region, Angarsk 665827
Панкова Анна Александровна – младший научный сотрудник лаборатории биомоделирования и трансляционной медицины.
665827, Иркутская область, Ангарск, микрорайон 12а, д. 3
Pankova Anna Aleksandrovna – junior research assistant at the laboratory of biomodelling and translational medicine.
12a Microdistrict, 3, Irkutsk Region, Angarsk 665827
Конькова Татьяна Владимировна – кандидат химических наук, научный сотрудник лаборатории наночастиц.
630090, Новосибирск, ул. Институтская, 3
Tatyana V. Kon’kova – Cand. Sc. (Chem.), researcher at the Nanoparticles Laboratory of Voevodsky Institute of Chemical Kinetics and Combustion SB of the RAS.
630090, Novosibirsk, Institutskaya Street, 3
Сухов Борис Геннадьевич – кандидат химических наук, ведущий научный сотрудник лаборатории наночастиц.
630090, Новосибирск, ул. Институтская, 3
Boris G. Sukhov – Cand. Sc. (Chem.), leading researcher at the Nanoparticles Laboratory of Voevodsky Institute of Chemical Kinetics and Combustion, SB of the RAS.
630090, Novosibirsk, Institutskaya Street, 3
Обоснование. Ограничения применения гадолинийсодержащих рентгеноконтрастных веществ, обусловленные развитием острых и отдаленных осложнений, стимулируют поиск новых, более безопасных и эффективных форм на основе наночастиц гадолиния.
Цель работы. Сравнительная оценка магнитоконтрастных свойств нанокомпозита гадолиния и содержащего гадолиний диагностического препарата.
Методы. Динамика органного накопления и визуальной МРТ-картины изучены на 5-ти здоровых белых крысах-самках линии Wistar на аппарате Siemens Avanto с магнитным полем 1,5 Тл. Для проведения МРТ анестезированных животных укладывали в вентральном положении в катушку, предназначенную для головы, проводили предварительное исследование на МРТ-томографе, затем в латеральную хвостовую вену или в брюшную полость с помощью катетера вводили раствор нанокомпозита гадолиния или препарата сравнения (Омнискан®) в эквивалентных по гадолинию дозах и проводили повторное МРТ-исследование, делая снимки через каждые 2–3 минуты. Центром области исследования были брюшная полость и забрюшинное пространство с захватом в поле зрения грудной клетки.
Результаты. Выполненный сравнительный анализ показал, что наночастицы гадолиния, стабилизированные арабиногалактаном, обладают магнитоконтрастными свойствами, доказательством чему явилось усиление T1-взвешенного изображения в паренхиме печени при внутривенном введении и брюшной полости при внутрибрюшинном введении. Магнитоконтрастное изображение почек, мочевого пузыря при введении препарата Омнискан® выше, чем при введении нанокомпозита гадолиния. Однако максимальная величина коэффициента контрастирования нанокомпозита гадолиния в паренхиме печени возрастала по сравнению с исходным состоянием на 20 %, при введении Омнискана® наблюдалось усиление интенсивности Т1-взвешенного изображения паренхимы печени на 13 %.
Заключение. Использование нанокомпозита гадолиния является перспективным для МРТ-диагностики. На данном этапе пока преждевременно говорить о возможностях применения исследуемого нанокомпозита гадолиния в клинической практике, требуется более детальное рассмотрение его влияния на процессы релаксации как в нормальных, так и в патологически измененных тканях.
Background. Restrictions on the use of gadolinium-containing radiocontrast agents due to the risk of acute and long-term complications drive the search for new, safer, and more effective gadolinium-based nanoparticle formulations.
Aim. Comparative assessment of the magnetocontrast properties of a gadolinium nanocomposite and a gadolinium-based contrast agent.
Methods. The dynamics of organ accumulation and visual MRI patterns were studied in 5 healthy female Wistar rats using a Siemens Avanto device with a magnetic field of 1.5 T. Anesthetized animals were placed in a ventral position within the head coil, after which a preliminary MRI scan was performed. A gadolinium nanocomposite solution and a reference agent (Omniscan®) were injected at equivalent gadolinium doses into the lateral tail vein or into the abdominal cavity, followed by repeat MRI scans with image acquisition every 2–3 minutes. The primary imaging areas were the abdominal cavity and retroperitoneal space, including the thoracic cavity.
Results. Comparative analysis showed that gadolinium nanoparticles stabilized with arabinogalactan exhibit magnetocontrast properties, as evidenced by T1-weighted image enhancement of the liver parenchyma after intravenous administration and of the abdominal cavity after intraperitoneal administration. The magnetocontrast image of the kidneys and bladder was higher after Omniscan® administration than after gadolinium nanocomposite administration. However, the maximum contrast coefficient of the gadolinium nanocomposite in the liver parenchyma increased by 20 % compared to baseline. Omniscan® administration resulted in a 13 % increase in T1-weighted image intensity of the liver parenchyma.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.