Ганков Виктор Анатольевич – доктор медицинских наук, доцент, профессор кафедры общей хирургии, оперативной хирургии и топографической анатомии, 656038, г. Барнаул, просп. Ленина, 40;
ведущий специалист по хирургии, 656050, г. Барнаул, ул. Малахова, 53
Victor A. Gankov – Dr. Sc. (Med.), Docent, Professor at the Department of General Surgery, Operative Surgery and Topographic Anatomy, Lenina ave. 40, Barnaul 656038;
Leading Specialist in Surgery, Malakhova str. 53, Barnaul 656050
Шестаков Дмитрий Юрьевич – ассистент кафедры общей хирургии, оперативной хирургии и топографической анатомии, 656038, г. Барнаул, просп. Ленина, 40;
врач-хирург отделения общей хирургии, 656050, г. Барнаул, ул. Малахова, 53
Dmitry Yu. Shestakov – Teaching Assistant at the Department of General Surgery, Operative Surgery and Topographic Anatomy, Lenina ave. 40, Barnaul 656038;
Surgeon at the Department of General Surgery, Malakhova str. 53, Barnaul 656050
Андреасян Армен Ромикович – кандидат медицинских наук, доцент, доцент кафедры общей хирургии, оперативной хирургии и топографической анатомии, 656038, г. Барнаул, просп. Ленина, 40;
врач-хирург отделения общей хирургии, 656050, г. Барнаул, ул. Малахова, 53
Armen R. Andreasyan – Cand. Sc. (Med.), Docent, Associate Professor at the Department of General Surgery, Operative Surgery and Topographic Anatomy, Lenina ave. 40, Barnaul 656038;
Surgeon at the Department of General Surgery, Malakhova str. 53, Barnaul 656050
Цеймах Евгений Александрович – доктор медицинских наук, профессор, заведующий кафедрой общей хирургии, оперативной хирургии и топографической анатомии, 656038, г. Барнаул, просп. Ленина, 40;
торакальный хирург отделения общей хирургии, 656050, г. Барнаул, ул. Малахова, 53
Evgeniy A. Tseimakh – Dr. Sc. (Med.), Professor, Head of the Department of General Surgery, Operative Surgery and Topographic Anatomy, Lenina ave. 40, Barnaul 656038;
Thoracic Surgeon at the Department of General Surgery, Malakhova str. 53, Barnaul 656050
Актуальность. Параэзофагеальные грыжи пищеводного отверстия диафрагмы встречаются значительно реже других типов диафрагмальных грыж. Риск ущемления при этой патологии составляет около 21 %. Зачастую очень сложно своевременно установить верный диагноз, поскольку пациенты поступают с нетипичной клиникой острой кардиологической или пульмонологической патологии. Как правило верный диагноз устанавливается только на 4-е сутки. Из-за поздней диагностики возникают некрозы и перфорации ущемлённого органа, что вызывает высокую летальность. Иногда правильный диагноз устанавливается только при патологоанатомическом вскрытии.
Клиническое наблюдение. Пациентка поступила в хирургическое отделение в экстренном порядке с жалобами на интенсивные боли в нижних отделах грудной клетки и эпигастральной области, рвоту съеденной пищей. Из анамнеза известно, что около года назад стали беспокоить периодические тошнота и рвота съеденной пищей. Последние 12 часов до поступления в стационар усилились боли в грудной клетке и эпигастрии, вся съеденная пища вышла со рвотой. Рентгенологически диагностирована ущемлённая параэзофагеальная грыжа пищеводного отверстия диафрагмы. При фиброэзогастродуоденоскопии пройти в дистальные отделы желудка невозможно, в зоне ущемления определяется гиперемия и петехиальные кровоизлияния. В экстренном порядке выполнено видеолапароскопическое вправление грыжевого содержимого, резекция грыжевого мешка и передняя диафрагмокрурорафия. Ранний послеоперационный период протекал без осложнений. Представленное клиническое наблюдение указывает на перспективность использования видеоэндоскопических технологий в диагностике и лечении ущемлённых диафрагмальных грыж. Ключевым моментом успеха является своевременная постановка верного диагноза. Считаем нецелесообразным одномоментное выполнение антирефлюксного вмешательства в условиях острого воспалительного перипроцесса.
Relevance. Paraesophageal hiatal hernias are much less common than other types of diaphragmatic hernias. The risk of strangulation in this pathology is about 21 %. It is often very difficult to establish the correct diagnosis in time, because patients are admitted with an atypical clinic of acute cardiological or pulmonary pathology. Usually, the correct diagnosis is established only on the 4th day. Due to late diagnosis, necrosis and perforation of the strangulated organ occur, which causes high mortality; sometimes the correct diagnosis is established only at autopsy.
Clinical observation. The patient was admitted to the surgical department on an emergency basis with complaints of intense pain in the lower chest and epigastric region, vomiting of eaten food. From the anamnesis it is known that about a year ago, periodic nausea and vomiting of food eaten began to bother. The last 12 hours before admission to the hospital, pain in the chest and epigastrium intensified, all eaten food came out with vomiting. X-ray diagnosed strangulated paraesophageal hernia of the esophageal opening of the diaphragm. During esophagogastroduodenoscopy it was impossible to pass into the distal parts of the stomach; hyperemia and petechial hemorrhages were detected in the zone of strangulation. Video-laparoscopic reduction of the hernial contents, resection of the hernial sac and anterior diaphragm crurorrhaphy were urgently performed. The early postoperative period was uneventful. The presented clinical observation indicates the promise of using video-endoscopic technologies for diagnosis and treatment of strangulated diaphragmatic hernias. The key to success is the timely establishment of the correct diagnosis. We consider it impractical to perform an antireflux intervention simultaneously in conditions of an acute inflammatory process.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.